Центр Мониторинга Демократических Процессов «Кворум»

В Бельгии — новый политический кризис и внеочередные выборы. В этот раз правящую коалицию покинула одна из фламандских партий, не согласная с тем, что статус города Брюсселя и примыкающей к нему территории так и не был пересмотрен. Брюссель является единственным «общим» местом в стране, где нет национальных газет и политических партий, но он расширяется в сторону Фландрии, и последняя имеет желание присоединить к себе его часть. О том, почему этот кризис является лишь шагом на пути к будущему компромиссу, в интервью «Росбалту» рассказал профессор политологии Брюссельского свободного университета, автор книги «Политика в Бельгии: управление разделенным обществом» Крис Дешауэр (Kris Deschouwer).

- Что случилось в Бельгии на этот раз?

- Фламандская либеральная партия решила выйти из правительства, что и привело к его роспуску. Это старая история, которая витает в воздухе уже как минимум три года. Символом этой проблемы является округ Брюссель-Халле-Вилворде, который включает в себя двуязычный Брюссель и западную часть фламандского Брабанта. Проблема обострилась в связи с тем, что этот округ растет в сторону Фландрии, то есть двуязычный округ расширяется в сторону одноязычной территории.

Фламандцы требуют присоединения западной части Брабанта к Фландрии, что позволит фламандским партиям – единственным партиям Фландрии – взять эту часть страны под свой контроль. Сегодняшний статус же позволяет франкоговорящим партиям принимать участие в выборах в этом округе. Франкофоны выступают резко против деления, потому что в этом округе живет большая группа франкоязычных бельгийцев. Фламандцы и валлийцы так долго не могли договориться по этому поводу, что Фламандская либеральная партия не выдержала и вышла из правительства в знак протеста.

- За всю историю бельгийского государства было найдено немало непростых решений, удовлетворяющих интересы всех сообществ, почему вдруг эта проблема оказалась такой сложной?

-  Потому что она очень символична. Речь идет о центральном округе и, более того, о таких чувствительных темах как границы и будущее франкоговорящего меньшинства. Действительно, у Бельгии есть опыт нахождения решений, но это всегда было непросто и требовало времени. Многим из этих решений предшествовал кризис и внеочередные выборы, после чего под давлением времени политики из обоих сообществ, наконец, достигали компромисса. Так что нынешний кризис – это явление совершенно нормальное, и я думаю, что мы постепенно приближаемся к моменту, когда кризис станет таким острым, что решение станет просто жизненно необходимым. Вполне возможно, что скоро все «выйдут из лесов» и сядут за стол переговоров.

- Некоторые судьи заявляли о неконституционности этих выборов, потому что проблема электорального статуса округа Брюссель-Халле-Вилворде по-прежнему остается нерешенной. Каковы шансы, что выборы будут признаны неконституционными?

-  Я не думаю, что такое возможно, потому что решение о неконституционности должен принимать парламент, и я не думаю, что только что избранные депутаты примут решение о том, что их избрание противоречит Конституции. Хотя, конечно, ситуация противоречивая. Действительно, Конституционный суд потребовал принятия решения о статусе округа до проведения очередных выборов, но получилось так, что именно из-за этого правительство ушло в отставку. Долгое время в таком положении находиться нельзя, потому что это как раз напрямую противоречит Конституции, которая предписывает проведение выборов через 40 дней с момента роспуска парламента.

В результате, у нас сложилась такая ситуация, в которой Конституция обязывает провести выборы, а Конституционный суд заявляет, что они, возможно, будут признаны неконституционными. Однако причина, по которой они могут быть признаны неконституционными, по своему весу гораздо менее значительна, чем четко прописанная рекомендация по проведению выборов. Речь идет о границах округа, а не, скажем, о праве голоса, свободных СМИ или какой-нибудь другой фундаментальной демократической категории. Это всего лишь небольшая деталь.

- Как вы считаете, кто одержит победу на предстоящих выборах? И кто, по вашему мнению, лучше всех справился бы с задачей сформировать правительство, способное решить эту и другие проблемы?

-  Точно мы будем знать в воскресенье, сейчас же можно дать только приблизительную оценку, основанную на результатах опросов общественного мнения, согласно которым лидирует Социалистическая партия. Это франкоязычная партия. Но сейчас действительно сложно предполагать, чем все закончится, потому что, согласно правилам, партия, набравшая большее количество голосов, имеет право первой инициативы. Это значит, что победители могут первыми попробовать сформировать коалиционное правительство, но не значит, что эта попытка будет успешной. Для формирования правительства нужны надежные партнеры, а бельгийская политика очень фрагментирована.

Что касается того, кто лучше справился бы с поставленными задачами… Я считаю, что в принципе все партии способны найти компромисс, во всех партиях есть политики, имеющие все необходимые для этого качества. Я бы даже сказал больше – не важно, кто победит на этих выборах. Кто бы это ни был, он будет обязан найти решение, потому что в стране весьма напряженная ситуация в связи с финансовым и экономическим кризисом. Более того, Бельгии предстоит взять на себя председательство в Европейском союзе, для чего необходимо иметь работающее правительство.

Так что у всех ощущение, что после этих выборов будет сделан прорыв. К тому же, правительство, которое пойдет на компромисс, сделает это в условиях, когда следующие выборы ожидаются через четыре года. Очень сложно идти на компромисс, когда близко выборы, а когда до следующих выборов четыре года, все становится проще.

- Какие имеются прогнозы по явке избирателей?

- Голосование в Бельгии является обязательным. Избиратели обязаны прийти на избирательные участки, они могут испортить свой бюллетень, но они обязаны прийти. Так что явка будет, как всегда, высокой – на уровне 90-95%.

- Многие эксперты находят объяснение проблем Бельгии в том, что два сообщества не хотят больше работать друг с другом, что они утратили желание и готовность делать это. Согласны ли вы с таким мнением?

- Я не согласен с тем, что такое желание исчезло, потому что его никогда не было. Фламанды и валлоны сотрудничали друг с другом, потому что были обязаны делать это. Между Севером и Югом всегда было много разногласий, и если в прошлом они сотрудничали друг с другом, то не потому что политики того времени симпатизировали друг другу, а потому что компромиссы были нужны для управления страной. К тому же это было не так уж и сложно. На каждую реформу Конституции уходило 5-7 лет, и почти всегда она сопровождалась грубоким кризисом. Нынешний кризис длится три года, и поскольку есть ощущение, что решение близко, можно сказать, что Бельгия даже улучшила свои результаты. Я часто слышу заявления о том, что Бельгия может развалиться, — это полный нонсенс. У нас просто свой стиль решения политических проблем.

Беседовала Юлия Нетесова